Часть 1. Успеть на Рождественский базар.
Часть 2. Швабия накануне Рождества. Эпизод 1.
Часть 2. Швабия накануне Рождества. Эпизод 2.
Часть 3. Рождественская Франкония. Эпизод 1.
Вряд ли кого-то удивлю, если скажу, что мы поехали вперёд. Уже через полчаса достигли
Кронаха (Kronach) (1:15), в котором ни на мгновение не задержались, потому как нашей целью была парящая над городом
крепость Розенберг (Rosenberg). Помимо музейных экспозиций, в цитадели находится хостел, именно в него мы намеревались заселиться. О существовании этого объекта размещения я узнал совершенно случайно – когда искал на сайте города туристические брошюры. Понятно, что двухуровневые койки в многоместных номерах меня не интересовали. Внимание привлекла эксклюзивная возможность ночёвки в одной из башен крепости. Зимой во время праздников хостел, как и музеи, не работает. Но это не помешало мне «закинуть удочку». «Хозяин» отозвался быстро (какой же немец не захочет заработать лишний полтинник), уточнил детали и сообщил, что будет нас ждать.
Машину мы оставили на паркинге у крепостного бастиона. Можно было и заехать внутрь, но я наглеть не стал. Прихватив с собой необходимый багаж, мы под моросящим дождём поторопились пробраться в цитадель. Под сводами въездных ворот столкнулись с группой грустных молодых людей. Обратив внимание на наш грохотавший по булыжной мостовой чемодан, одна из девчонок попыталась участливо отговорить нас от затеи с заселением, тыча пальцем в брошюру с расписанием работы крепостных объектов. Преисполненный гордости от того, что мы не какие-то лохи из ниоткуда, я отделался от помощницы безотказной фразой: «Ферштейн нихт». От бессилия и сочувствия девушка готова была разрыдаться, но всё-таки отступила. Мы же с важным видом поковыляли дальше. На территории твердыни царил мрак, и стояла гнетущая тишина. Для полноты этой пугающей атмосферы не хватало лишь какой-нибудь мифической Белой дамы. Впрочем, дверь в хостел я отыскал довольно быстро, только вот она оказалась наглухо закрыта.
Спрятав от дождя Машу и чемодан в одном из арочных проёмов, я отправился на рекогносцировку. Где-то наверху в одном из помещений тускло мерцал свет, но все двери, которые могли туда вести, были задраены. Правда, я приметил кнопки переговорных устройств с какими-то надписями, но звонить не решился, поскольку не знал, какие немецкие слова из моего скудного арсенала способны наладить маломальский диалог. Изрядно побегав в поисках признаков жизни, я таки дождался, когда на территорию крепости заехал некий абориген, проживавший в отдельно стоящем доме. Его восприятие английского было сопоставимо с моим – немецкого. Но разговаривать с живым человеком гораздо проще, чем с домофоном. Оказалось, что он даже в курсе, что нас в цитадели ждут. «Хозяин» отыскался быстро, жил он как раз в помещениях с тусклым светом и на связь выходил по переговорному устройству. О чём впоследствии мне поведал. Интересно, как со своим «ферштейн нихт» я должен был до этого дотумкать?
(
Читать дальше
)
Несмотря на то, что от Кобурга до границы с Тюрингией всего полтора десятка километров, путь нам предстоял продолжительностью в два часа. Потому как по иронии судьбы выбор для теста Тюрингии пал на город Гота (Gotha)(1:25). Именно он на пару с Кобургом дал название тому самому государству Саксен-Кобург-Гота, о котором я имел неосторожность случайно обмолвиться ранее.
